Герман Клименко - о победе цифры, технологических перспективах России и IoT | iot.ru Новости Интернета вещей
 /  Герман Клименко - о победе цифры, технологических перспективах России и IoT
62.91 € 66.11

Герман Клименко - о победе цифры, технологических перспективах России и IoT

Медиаресурс iot.ru поговорил с Председателем Совета Фонда развития цифровой экономики, Советником Президента России по вопросам развития интернета (2016 - 2018 гг.) Германом Клименко.

Об итогах 2021 года и «курьеризации» страны

- Герман Сергеевич, добрый день. Что вы могли бы выделить в процессах цифровизации в 2021 году в России?

- Про итоги говорить, знаете, сложно и просто одновременно. Главное, что произошло в 2021 году - это то, что мы наконец-то воткнули флажок цифровизации в рынок ритейла. Раньше магазины работали на продажу, а теперь они работают на доставку.

Если раньше глобальный интернет со всеми его идеями был неким эксклюзивом, чем-то утонченным и для большинства странным, то сейчас он превратился в такой товар FMCG и есть в каждой семье. Сегодня любая домохозяйка освоила доставку Озона, Яндекса, Сбера и обсуждает их преимущества и недостатки.

2021 год - это год экосистем, год победы цифры и «курьеризации» страны. Каждый житель России стал чувствовать себя сопричастным к цифре. Если провести аналогию с историей, 2021-й стал годом тотальной победы цифровой экономики, как 1945 год - победой СССР в Великой Отечественной войне.

- Что способствовало победе цифры?

- В доковидную эпоху себя медленно вели и бизнес, и государство. А фактор пандемии привел к ускорению - и государство активнее развернулось в сторону цифровизации. Если в начале пандемии это было скорее вынужденно, то сейчас оно получает некий «дофаминовый кайф» от того, что оно что-то успешно сделает в цифре, а народ в ответ кричит «ура-ура». 

Мне кажется, что в 2022 году произойдет окончательное превращение разговоров про цифру в практики. Сейчас смешно вспоминать - всего лет шесть назад, когда мы делали Институт развития цифровой экономики, мы придумали направление «Интернет + Экономика». На это нам тогда говорили: «Интернет и экономика? Да вы что?».   

А сейчас ни у кого не возникает вопросов - все всё понимают и ждут, когда будет оцифрована, например, медицина. В обществе чувствуется запрос на доставку медицинских препаратов и лекарств. Народ распробовал цифровизацию - и сейчас мы находимся в таком резко восходящем тренде. То есть Россия вышла в экспоненциальный рост цифры, когда все поняли, где деньги.

- Какие в России вы можете выделить цифровые экосистемы? 

- В России можно выделить 3 типа экосистемы -  это абсолютно цифровые экосистемы - Яндекс, Rambler, Mail.ru, затем цифровые банковские экосистемы, подчас смешанные с государством - Сбер и отдельную позицию занимает само по себе государство.

Сбер, например, идет по пути покупок проектов и надеется, что в результате содержимое авоськи само собой утрясется в экосистему. Однако очевидно, что просто факта покупки сервиса мало для построения экосистемы - вспомним как тяжело было Яндексу с интеграцией КиноПоиска или Авто.ру.

- Как прошел год у Фонда развития цифровой экономики?

- Мы работаем спокойно, к нам приходят хорошие проекты. У нас проходит несколько сделок в год - это очень неплохо. У ряда фондов одна сделка в три года, у нас две за год - это хорошо и это мне нравится.

Перспективы цифровизации и государство как прокрастинатор

- Получается 2021 год в России стал годом победы цифровизации. Есть ли какие-то угрозы или какие-то факторы риска, которые нам в 2022 году нам помешают этот успех развить?

- Тут есть две истории. Внутри страны мы очень увлеклись цифровизацией, то есть любой человек, который поедет в Европу, а потом вернётся, скорее всего скажет, что в России эти процессы достигли безумных вершин.

При этом, мне кажется, что мы очень сильно потеряли в международном продвижении - мы разменяли, наверное, потенциал участия в мировой экономике. У меня пессимистическая оценка перспектив. В результате внутренних дискуссий в России потеряно время, а война Сбера со всей индустрией привела к тому, что внутренние затраты выросли колоссально и стоимость входа резко увеличилась.

Здесь свою роль сыграло и государство - внутри страны победила отечественная IT-индустрия. Но Яндекс, образно говоря, как один противостоял Google, так один и противостоит. Представим себе, что завтра государство заблокирует Google или YouTube. Конечно, у Яндекса увеличится выручка от поиска, а RuTube получит часть трафика YouTube. Но в целом это будет иметь негативный эффект, потому что только в условиях конкуренции все делают новые продукты и развиваются.

Если посмотреть сейчас на беспилотники, которые наконец-то сейчас запускаются в Ясенево с живыми пассажирами, то это могло быть реализовано и 5 лет назад. А на сегодня мы отстаем -  в Китае уже ездят такси без водителя. 

- И в чем причина этого отставания?

- Принятие решений государством - это большая цепочка связанных процессов, которая характеризует уровень качества бюрократии и который у нас не дотягивает.

Мы все прокрастинаторы, а государство - это большой и крупный прокрастинатор. Оно всегда выбирает более простые пути. Это же сложно - собрать индустрию, выслушать ее мнение, узнать, что можно сделать, чтобы индустрия выросла в три раза.

Все движения, которые анонсируются государством, направлены на условное противостояние международным корпорациям для того, чтобы мы победили, чтобы совершили четвертую промышленную революцию. Но в результате все итоговые решения - внутреннего свойства. И как в итоге глобальный прокрастинатор будет бороться с Google? Да просто запретит. 

- Какие причины еще вы можете выделить?

- Мы сильно увлеклись импортозамещением. Например, я пошёл в медицину - там разнообразные приборы и датчики, умные кровати и так далее и сталкиваюсь с тем, что мне говорят, что нужно отечественное железо. Если я буду делать всё это на отечественных деталях это будет стоить в два раза дороже и в два раза медленнее. Причем, вдвое это очень оптимистичный прогноз, скорее всего медленнее это будет раз в пять.

Мы сейчас делаем один прибор. Так вот я посмотрел на датчики, которые можно купить в Китае, и понял, что они мне не подходят. Сказал о том, что нужен другой формат, на что китайцы ответили - хорошо с тебя условно 70 000 руб. за датчик. Инженер нарисует проекцию, мы ее заберем и начнем их производить. Я уточняю, когда смогу получить датчики? Мне говорят - на работу инженера три дня, потом пару недель на подстройку и тесты, и спрашивают сколько устройств мне нужно? Я отвечаю, что у меня R&D и мне нужно 100 датчиков. 

При этом я жду ответ от российского завода. Как у нас - если ты купишь 1 млн датчиков, нет, лучше 100 млн на 5 лет вперед, то тогда, конечно, мы тебе через год чего-нибудь привезем. А с китайцами я получаю нужное мне количество датчиков через три недели и той конфигурации, которую я захотел. 

- То есть, “железо” удобнее ввозить извне?

- Мы не сможем заместить элементную базу и выпускать 300 типов резисторов или 500 типов датчиков - Россия, к сожалению, сильно отстала. И когда мне говорят, что на тендерах в той же медицине я могу строить решение только на отечественных серверах «Эльбрус» или «Байкал», мне это даже представить сложно - у меня на них ничего работать не будет. Зачем эта история выплеснулась из оборонки? Индустрия расколота - на тех, кто кушает государственные деньги и на тех, кто пытается жить на свои.   

Как-то нужно набраться смелости и сказать, что это нельзя повторить в России. У нас не хватает людей, не хватает энергетики. В результате мы не проводим импортозамещение, а проводим имитацию импортозамещения, еще и с торможением развития, что самое страшное. 

С софтом мы хоть как-то разобрались и я понимаю, что во многих местах замена софта действительно возможна. А вот отечественный сервер - это примерно как белорусская креветка - привезли откуда-то сырьё, но расфасовали и шильдик повесили в Белоруссии. 

Чтобы конкурировать на мировом уровне в конечном продукте должна быть интеграция софта и «железа», а российская элементная база никогда нам не даст возможность это сделать. 

Наше государство - не злодей, оно просто очень долго принимает решения. Что, в общем, хуже злодейства. Условно придут к  Яндексу и скажут - да, ты можешь запускать беспилотники в Ясенево без водителей, а уже не надо ничего. У нас уже ездят китайские автомобили, потому что они готовы и перешли на следующий этап.

Мы можем выиграть только на этапе старта, когда мир будет вынуждены взять наше передовое решение. Наш главный риск - опоздать.

О месте России в глобальном цифровом мире, интернете вещей и госденьгах

- Если Россию по степени цифровизации сравнить с Европой, Азией, странами Северной Америки - где мы будем относительно них?

- Цифровизацию можно выделить для населения и для бизнеса. Всё, что касается населения - у нас хорошо. Я бы сказал, что мы находимся по цифровизации для населения в первой пятерке, а может быть и тройке в мире. Когда я был Советником Президента ко мне приезжали из Нью-Йорка и просили свозить в центр обработки всего дорожного движения в городе. И американцы им очень впечатлились. Туда же добавляем банковский сектор.

Однако если мы смотрим на цифровизацию в разрезе международной конкуренции, то понимаем, что пока у Яндекса не будет своего условного Android - не будет и шансов выиграть. Мы можем предустанавливать софт или делать что-то другое, но любая система должна быть совокупностью софта и железа. 

Именно поэтому Цукерберг запускает умные очки, ведь тогда у него есть вероятность попасть в сотни миллионов устройств и стать таким же как Apple. Присутствие приложений Meta в AppStore и Google Play для него - уязвимость. А у нас сейчас и близко нет шансов выйти на этот уровень. 

- Какие отрасли в России еще находятся на пороге цифровизации?

- Тяжело автоматизировать отрасли, в которых есть ручной труд - строительство, медицина, сельское хозяйство. А вот банковский сектор, где ручного труда нет, легко автоматизировался, особенно после того, как деньги стали цифрой. Если вы зайдете в офис в Тинькофф, то увидите, что это вообще обычная интернет-компания.

В образовании уже произошел надлом - я думаю в ближайшие 5-10 лет классическое образование, конечно, останется, но онлайн-образование займёт свою очень достойную нишу. Огромная масса родителей, заботящихся об образовании детей, увидели колоссальную прелесть в том, что вы можете заказать своему ребенку профессора математики из Москвы. При этом в медицине этого надлома нет. Думаю, он придет со сменой поколений, так как молодёжь уже готова к цифровизации медицины, а пожилые люди не совсем, хотя те же банки они уже освоили. 

Еще три года назад можно было отметить отсутствие фабрик по производству готовой еды. А сейчас происходит снижение себестоимости, потому что роботы начинают внедряться в производство. И теперь я вижу, как люди покупают готовые обеды - например, бифштексы с пюре. Классическое утверждение, что еда не может быть автоматизирована и приведена к цифре становится неправдой. На каждом из этапов автоматизация позволяет резко сэкономить на штате.

Цифровизацию некоторых сфер тормозят законодательные проблемы - например, беспилотники, а в некоторых проблемы внедрения упираются в потребителей - медицина. 

- Как вы оцениваете роль интернета вещей в процессах цифровизации?

- Интернет вещей был всегда, но особенно четко проявился с первыми умными домами. IoT - это территория цифровой индустрии. Когда мы с вами видим, что есть дозаторы сыпучих материалов, которые могут управляться датчиками и в которых есть программируемый вентиль, а внизу - весы, то выясняется что можно автоматизировать процесс фасовки. Здесь и появляется интернет вещей. 

Если мозг связан нервами с пальцами, то мы можем ими управлять, а если что-то перерезать - уже нет. Когда мы начинали - в голове мозг был, а руки жили сами по себе. Нервы проросли в пальцы - и это мы называем интернетом вещей. 

Интернет вещей по сути обозначает зоны до которых мы дотянулись, это история о проникновении в чужие сектора. Кто сейчас главные специалисты в безопасности? Люди, связанные с интернетом. Те отрасли, в которых пока интернета вещей нет, говорят об одном - что мы туда еще не интегрировали нашу симку, процессор или датчик с внешним управлением.

- На пресс-конференции в 2021 году Владимир Путин говорил про цифровизацию несколько раз и, среди прочего, прозвучала фраза о том, что цифровизация в России запланирована практически по всем отраслям и в нее будут вложены огромные деньги. Как такие заявления воспринимает бюрократия и чего ожидать рынку? Почувствует ли бизнес какие-то сдвиги в этом направлении?

- Бюрократы воспринимают эти деньги как деньги в себя. Это не о льготах для технологических компаний или игровых. Например, строится дорога - а кто должен проложить рядом с ними интернет? Это колоссальные затраты на инфраструктуру и логично, что за них должно платить государство. 

Я думаю, что чиновники воспринимают цифру как огромные инвестиционные затраты. Эти деньги не про победу в четвертой промышленной революции (льготы, стимулирования, продвижение), а про инфраструктурные затраты, которые пойдут на саму страну.    

Не сказал бы, что это плохо. Вообще, я хотел бы, чтобы про нашу интернет-индустрию просто забыли или помогали, а нам иногда еще и мешают, что несколько расстраивает. 
Подписаться на новости Обсудить

Назад

Комментарии

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений